А. С. Пушкин
«Евгений Онегин», 6 глава
XXXIII
Приятно дерзкой эпиграммой
Взбесить оплошного врага;
Приятно зреть, как он, упрямо
Склонив бодливые рога,
Невольно в зеркало глядится
И узнавать себя стыдится;
Приятней, если он, друзья,
Завоет сдуру: это я!
Еще приятнее в молчанье
Ему готовить честный гроб
И тихо целить в бледный лоб
На благородном расстоянье;
Но отослать его к отцам
Едва ль приятно будет вам.
XXXIV
Что ж, если вашим пистолетом
Сражен приятель молодой,
Нескромным взглядом, иль ответом,
Или безделицей иной
Вас оскорбивший за бутылкой,
Иль даже сам в досаде пылкой
Вас гордо вызвавший на бой,
Скажите: вашею душой
Какое чувство овладеет,
Когда недвижим, на земле
Пред вами с смертью на челе,
Он постепенно костенеет,
Когда он глух и молчалив
На ваш отчаянный призыв?
Почему-то особенно часто вспоминаю эти две строфы. Что приятно «взбесить оплошного врага» – это понятно, но приятно, оказывается, и «тихо целить в бледный лоб». И тихо и медленно произнести первые два слова. С большой цезурой. Чтобы не промахнуться. И потом осознать ужас содеянного, когда «пред вами с смертью на челе» – это произносится быстро и вдруг темп резко замедляется – «он постепенно костенеет» – уходит жизнь.
Что Пушкин погиб на дуэли – ужасно, непоправимо, но ещё ужаснее, думается, было бы, если б он на дуэли убил.
«Евгений Онегин», 6 глава
XXXIII
Приятно дерзкой эпиграммой
Взбесить оплошного врага;
Приятно зреть, как он, упрямо
Склонив бодливые рога,
Невольно в зеркало глядится
И узнавать себя стыдится;
Приятней, если он, друзья,
Завоет сдуру: это я!
Еще приятнее в молчанье
Ему готовить честный гроб
И тихо целить в бледный лоб
На благородном расстоянье;
Но отослать его к отцам
Едва ль приятно будет вам.
XXXIV
Что ж, если вашим пистолетом
Сражен приятель молодой,
Нескромным взглядом, иль ответом,
Или безделицей иной
Вас оскорбивший за бутылкой,
Иль даже сам в досаде пылкой
Вас гордо вызвавший на бой,
Скажите: вашею душой
Какое чувство овладеет,
Когда недвижим, на земле
Пред вами с смертью на челе,
Он постепенно костенеет,
Когда он глух и молчалив
На ваш отчаянный призыв?
Почему-то особенно часто вспоминаю эти две строфы. Что приятно «взбесить оплошного врага» – это понятно, но приятно, оказывается, и «тихо целить в бледный лоб». И тихо и медленно произнести первые два слова. С большой цезурой. Чтобы не промахнуться. И потом осознать ужас содеянного, когда «пред вами с смертью на челе» – это произносится быстро и вдруг темп резко замедляется – «он постепенно костенеет» – уходит жизнь.
Что Пушкин погиб на дуэли – ужасно, непоправимо, но ещё ужаснее, думается, было бы, если б он на дуэли убил.


Comments
Может быть.
Но, только наверняка и Вам, приходилось
иметь дело с настоящими интриганами -пиарщиками, трудолюбиво, изо дня в день плетущими свою паутину. Готовыми ради какой-то своей мелкой, порой действительно ничтожно-незначительной цели, влезть в Ваш мир и гадить, искренне удивляясь Вашим возмущением- Мол подумаешь говно? Поди умойся! И перемигивающимся с Вашими, вчера ещё друзьями и родственниками - Мол, псих, чего с него взять-то...
Да я бы Александру Сергеевичу, кабы мог, предложил бы в самом деле плюнуть, и использовать автоматическое оружие, гранаты и мины-ловушки, для полного истребления...
Всё же мне ближе Пушкин победитель, а не джайн.
но уважаю за неё.
Когда то в переписке с Бест-Ру в его ЖЖ, мы говорили на
похожую тему, позволю себе процитировать(первый Керн,
за ним - Бест-Ру):
Как быть мне хладнокровным
Когда у Чёрной Речки
Бодалися два овна
Из-за одной овечки?
Отмечаю: безусловно,
Мне овечка дорога,
Если сразу паре овнов
Понаставила рога.
Ну тут уж не до политеса -
Рога цепляют за подушки.
Не смог же обломать Дантесу
Эти рога бедняга Пушкин...
Одного в азарте рьяном
Вы, дружище, не учли:
Не был ни Дантес бараном,
Ни овечкой Натали!
Да, не была овечкою Наташа,
И всё ж Дантес, недрогнувшей рукою,
Из нашей жизни вычеркнул "Всё Наше".
К тому ж с тех пор остались сиротою
И Маша с Гришей, и Наташа с Сашей...
Дантеса жертвой был один
Пусть гениальнейший поэт...
А скольких затоптал грузин
И весь Центральный Комитет...
Здесь Ваших слов такая точность:
Историки других веков
Не раз, наверно, вздрогнут ночью
Прочтя архив большевиков.
И пропустив стакан на-дцатый
Подумают: За столько лет,
А скольких затоптал Усатый
И весь Центральный Комитет...
дуэль, и ходок он был известный по дамам, поэтому
в принципе он бы себя в итоге оправдал, если б иначе
карта легла.
Кстати, можем написать с Вами совместную антиверсию:
Пушкин убивает Дантеса, Натали уходит,
общество возмущается,
суд и каторга, где Пушкин воссоединияется с
декабристами и пишет свои лучшие вещи (хотя бы завершает терцины и неоконченные произведения)
Сами может и не справимся, но с Бест-Ру вместе-
дуамю 100%!
Это же не более чем полемическая шутка!
Просто присоединился к Вашим поздравлениям
поэту с удовольствием!
Кстати об альтернативах, у моего свояка есть пост
с такой смешной альтернативой:
http://vinef.livejournal.com/15532.h