Александр Кушнер ("Новый мир", №2, 2009)
Соседа узнаешь на лестничной площадке,
Бухгалтершу — в ее бухгалтерском углу, —
На улице они с тобой играют в прятки,
Не узнаны тобой, укутаны во мглу,
Здороваются… кто бы это был? В тревоге
Промедлишь, с толку сбит системою зеркал.
Проходят стороной, как греческие боги,
В обиде на тебя, что ты их не узнал.
Обида тем сильней, что ты — сама любезность
При встрече с ними там, где быть они должны.
Как важен антураж, как их меняет местность,
Завесою какой от нас отделены,
Какой глубокий сон, как много в нем печали,
Всех словно по реке сплавляют, как плоты.
Подумаешь: а как тебя они узнали?
Приветливей, добрей, внимательней, чем ты?
Кушнер продолжает радовать и удивлять. Книга Петра Вайля, в которой, к сожалению, нет Кушнера, называется «Стихи про меня». Эти стихи абсолютно про меня. Сколько раз со мной это было – встретишь человека в непривычной обстановке и не вспомнишь, кто это, хотя лицо, вроде, знакомое, вроде, где-то видел. Чувствуешь, что тебя узнали и обиделись. И правы, что обиделись, потому, что обиделись не на то, что не узнал, а на то, что узнаёшь их, когда они тебе нужны. И «как много печали» в словах:
"Завесою какой от нас отделены,
Какой глубокий сон, как много в нем печали,
Всех словно по реке сплавляют, как плоты."
Известно, какой «завесой» – они нам интересны постольку, поскольку выполняют определённые функции, связанные с нашей жизнью: у соседа попросишь отвёртку, у бухгалтерши получишь зарплату, а как люди они нам не очень интересны, «во сне», в нашем внутреннем мире, интересней, чем наяву, где «всех словно по реке сплавляют, как плоты»... Но не всё, конечно, так мрачно, если мелькнёт в конце: «...а как тебя они узнали?
Приветливей, добрей, внимательней, чем ты?»
Соседа узнаешь на лестничной площадке,
Бухгалтершу — в ее бухгалтерском углу, —
На улице они с тобой играют в прятки,
Не узнаны тобой, укутаны во мглу,
Здороваются… кто бы это был? В тревоге
Промедлишь, с толку сбит системою зеркал.
Проходят стороной, как греческие боги,
В обиде на тебя, что ты их не узнал.
Обида тем сильней, что ты — сама любезность
При встрече с ними там, где быть они должны.
Как важен антураж, как их меняет местность,
Завесою какой от нас отделены,
Какой глубокий сон, как много в нем печали,
Всех словно по реке сплавляют, как плоты.
Подумаешь: а как тебя они узнали?
Приветливей, добрей, внимательней, чем ты?
Кушнер продолжает радовать и удивлять. Книга Петра Вайля, в которой, к сожалению, нет Кушнера, называется «Стихи про меня». Эти стихи абсолютно про меня. Сколько раз со мной это было – встретишь человека в непривычной обстановке и не вспомнишь, кто это, хотя лицо, вроде, знакомое, вроде, где-то видел. Чувствуешь, что тебя узнали и обиделись. И правы, что обиделись, потому, что обиделись не на то, что не узнал, а на то, что узнаёшь их, когда они тебе нужны. И «как много печали» в словах:
"Завесою какой от нас отделены,
Какой глубокий сон, как много в нем печали,
Всех словно по реке сплавляют, как плоты."
Известно, какой «завесой» – они нам интересны постольку, поскольку выполняют определённые функции, связанные с нашей жизнью: у соседа попросишь отвёртку, у бухгалтерши получишь зарплату, а как люди они нам не очень интересны, «во сне», в нашем внутреннем мире, интересней, чем наяву, где «всех словно по реке сплавляют, как плоты»... Но не всё, конечно, так мрачно, если мелькнёт в конце: «...а как тебя они узнали?
Приветливей, добрей, внимательней, чем ты?»


Comments
"Сколько бед на горьком этот свете!
Загляденье, радость, волшебство!"
Мне кажется, я понимаю, что имел в виду автор, но смущает последняя строчка.